ПРЕСНЯ ДЕЛАЕТ ПОГОДУ

Случайно это или нет, но одна из самых продвинутых наук прогнозирования погоды у нас гнездится, можно сказать, рядом с почитаемым всеми христианами местом. В сентябре православные отмечают день Иоанна Предтечи. Прославляя постника и пустынника, жившего в безводной и бестравной пустыне, церковь призывает верующих почитать его постом и молитвой. Для работников Гидрометслужбы России этот праздник, можно сказать, свой, родной, как и Святой Иоанн Креститель, в честь которого воздвигнут Храм Рождества Иоанна Предтечи на Пресне, мимо которого они ежедневно ходят на работу. Уже не говоря о том, что вблизи именно этого Храма, являющегося памятником архитектуры XVII века, раскинулся комплекс зданий Гидрометслужбы. Будете рядом – обязательно посетите этот храм, ведь Святой Иоанн почитался в народе как целитель головных болей. А у нас в наше непростое время поводов для такой хвори более чем достаточно.

- Пресня действительно стала средоточием целого ряда учреждений, которые так или иначе связаны с погодой, - рассказывает исполнительный директор Фонда безопасной окружающей природной среды Григорий Вайсман. - То ли здесь роза ветров для синоптиков подходящая, то ли повлияли бурные революционные события, происходившие здесь в начале прошлого столетия, но так распорядилась судьба.

Надо сказать, что и судьба самого Григория Михайловича тоже интересна. Вся его биография весьма тесно переплетена с окружающей нас средой. Окончив в свое время радиофак Харьковского политехнического института по секретной тогда специальности «радиолокация», он получил назначение в один из научных институтов Подмосковья, связанных с запуском первых спутников. Через пять лет перспективный молодой специалист оказался в Гидрометслужбе. Здесь он прошел путь от скромного инженера до совсем не скромной должности заместителя начальника одного из важнейших структурных подразделений службы. И вот уже более полвека радиолокационные знания Вайсмана служат прогнозированию погоды. А в 1996 году в трудные для страны времена, когда метеорологам приходилось работать практически даром, ему предложили возглавить некоммерческую организацию - Фонд «Фобос». Задачу новому подразделению поставили тогда такую - любыми способами привлечь средства для поддержания деятельности службы прогнозирования погоды. По прошествии почти полутора десятков лет с тех пор «Фобос» с помощью отечественных теле – и радиоканалов, печатных СМИ прочно ассоциировался в нашем сознании как источник информации о погоде, которому можно верить.

«Фобос» может вам рассказать, что происходило в атмосфере вчера и сто лет назад, почти безошибочно предскажет, что в ней произойдет завтра, послезавтра и даже через десять дней. Что касается прогнозов на более дальние сроки, то, вообще говоря, «Фобос» берет на себя такую смелость. Хотя сам Григорий Михайлович, если вы потом возмущенно упрекнете его в неточности прогноза, всегда найдет, что вам ответить.
- Кстати, что в таких случаях вы обычно отвечаете?
- Я ссылаюсь на строчки известного мастера советской эпиграммы Эмиля Кроткого: «Если идет дождь вопреки прогнозу Бюро погоды, не верь… дождю». А если говорить о том, как мы появились на Пресне, то вся информация о погоде «перебралась» сюда из Питера, где размещалась Главная геофизическая обсерватория. Сначала был создан Центральный институт прогнозов, который, кстати, и поныне располагается здесь же в Верхне-Предтеченском переулке улице (бывшей Большевистской). Потом появилось название Гидрометцентр СССР, сейчас Гидрометцентр России. Кстати, в январе этого года он отметил свое 80-летие.

После известного урагана 1998 года, принесшего в столицу весьма значительные разрушения, правительство Москвы приняло решение о создании Метеослужбы Москвы и Московской области, которое примыкает к Гидрометцентру России.

- Так что же, нынче у каждой из бывших республик СССР есть своя служба погоды?
- Да, но это особые образования, которые, в отличие от других государственных структур стран СНГ взаимодействуют тесно и согласованно. Гидрометслужба не знает ни географических, ни политических границ, поскольку погода зависит исключительно от состояния и движения атмосферы. Да и все гидрометслужбы мира объединились и создали Всемирную метеорологическую организацию. Ее, кстати, возглавляет бывший до недавнего времени руководителем Гидрометцентра России, а ныне советник президента РФ по вопросам климата Александр Иванович Бедрицкий. Итак, на Пресне располагается и орган Государственного управления - Росгидромет, и его оперативно-производственные подразделения. Здесь же Главный вычислительный центр Росгидромета, Центр «Планета», занимающийся космическими метеорологическими исследованиями, Главный радиометеорологический Центр, обеспечивающий связь внутри страны и за ее пределами. Еще имеется управление Гидрометслужбы центральных областей России.
- Расскажите, пожалуйста, как складывается информация о погоде?

- Для этого ее нужно получить со всей территории страны (а это несколько тысяч метеорологических и около ста аэрологических станций). Есть такой афоризм: «синоптики только предсказывают погоду, а делают ее совсем другие люди». Так вот, в некотором смысле российские метеорологи не только предсказывают погоду, но и делают ее, т.к. служба активных воздействий на погоду управляется тоже из Пресни. Кстати, да будет вам известно, что Гидрометцентр России – единственное в стране учреждение, которое ежедневно отчитывается о своей работе.
- Согласитесь, синоптики не столь уж редко становятся мишенями для нападок, когда прогноз категорически не совпадает с реальностью…

- Откровенно говоря, таких случаев не так уж и много. В области краткосрочных прогнозов несовпадений всего порядка трех-четырех процента. В сознании же человека именно эти несколько процентов и откладываются. Не дай бог, поверив прогнозу, человек не взял с собой зонтик и промок до нитки – этот случай он запомнит надолго.
- Григорий Михайлович, как лицо, что называется, цепями прикованное к службе метеопрогнозов более полувека, внесите, пожалуйста, ясность. В течение последних лет мы только и слышим о глобальном потеплении планеты. Мы как-то уже смирились с тем, что оно неминуемо, и вдруг - сюрпризы нынешней зимы, которая словно издеваясь над апологетами этой теории, заморозила практически полпланеты.

- Мне кажется, если нас занимают столь серьезные проблемы типа глобального потепления или, скажем, правомерности квотирования зарубежной музыки в наших кинотеатрах, предложенного Жириновским, то это значит, что мы все-таки неплохо живем. Раз нас это больше волнует, чем, скажем, повышение цен на услуги ЖКХ или транспортного налога. Что же касается глобального потепления, то здесь ученые, общественные деятели и политики разделились примерно пополам. Одна половина утверждает, что оно – результат деятельности человека. Речь о парниковых газах, выхлопах транспорта и т.д. И вообще дошли до того, что утверждают: производственная деятельность человека влияет на климат до такой степени, что может его и изменить. Начнут таять льды Ледовитого океана, некоторым странам грозит уйти под воду, у других наоборот – предстоят невиданные урожаи и т.д. Вторая половина считает, что все это – абсолютная чепуха. Как говорил Василий Иванович, в мировом масштабе все это такая мелочь, что глобальная атмосфера этого и не заметит. В данном случае можно говорить о циклических изменениях климата. Земля знавала и ледниковый период, и потепления, и снова холода сменялись теплом. Все это труднопонимаемо, потому что время ведь не стоит на месте, на наблюдения не хватает не только жизни одного поколения, а и многих. Но зато есть прекрасный повод осуществлять политические, экономические и прочие спекуляции. Вопрос, как известно, принял глобальный политический характер. В Копенгагене в конце прошлого года даже состоялась по этому поводу международная конференция, в которой участвовали главы практически всех государств. Спорили друг с другом, хотя предмет спора носил расплывчатый характер. Дошло до того, что участники не могли объяснить друг другу, в чем же различие их подходов к поднимаемой проблеме. Я помню, как лет 15 назад в известном Киотском протоколе было записано, что количество выбросов в атмосферу следует ограничить. И тогда и слаборазвитых стран возмутились: вы что, отказываете нам в праве развивать свою национальную промышленность, экономику? А почему это позволено крупным странам - Америке, Японии, России и т.д.? На что представители крупных стран ответили: «хорошо, мы несколько тормознем свою промышленность, а значит и ее выбросы, вам же будем продавать квоты за наше торможение. Дальше – больше. ООН создала комиссию по изменению климата, которая стала выделять средства определенным организациям на так называемую защиту планеты от изменений климата. Все это происходило до тех пор, пока вторая половина ученых не возмутилась и примерно год назад во всеуслышание объявила эту комиссию сборищем шарлатанов, которая получает деньги ни за что. Появились всевозможные утечки в прессе, накапливался компромат, причем такой, что в Копенгагене дело дошло чуть ли не до мордобоя. Состоялись массовые демонстрации с битьем стекол, поджиганием машин и т. д. А что же на самом деле? Похоже, придется перефразировать слова персонажа незабвенного Сергея Филиппова из «Карнавальной ночи» «Есть ли глобальное потепление, нет ли глобального потепления – науке это не известно».

- Вас, профессионала, никогда не удивляло то, как вообще люди относятся к прогнозам погоды? Иногда создается впечатление, что это самая главная в жизни тема, которая волнует всех без исключения.

- Эту особенность, кстати, весьма развитую у москвичей, подметил и Фазиль Искандер. Помните, в повести «Начало», написанной им в 1970 году, он рассказывает, как сидя у знакомых за чаем, слушая уютные московские разговоры, становился свидетелем того, как кто-нибудь поднимал голову к репродуктору: «Тише! Погоду передают!» При этом отмечал, что все, затаив дыхание, слушали передачу, чтобы на следующий день уличить ее в неточности. «В первое время, услышав это тревожное: «Тише!», пишет Искандер, я вздрагивал, думая, что начинается война или еще что-нибудь не менее катастрофичное. Потом я думал, что все ждут какой-то особенной, неслыханной по своей приятности погоды. Потом я заметил, что неслыханной по своей приятности погоды как будто бы тоже не ждут… Тут есть какая-то тайна». Несколько лет назад мне довелось побывать на презентации нового сборника Фазиля Искандера в серии «Антология сатиры и юмора России ХХ века». В шутку я тогда сказал Фазилю Абдуловичу, что бессовестным образом всегда цитирую без авторского согласия его «метеорологические» строки. Он, кстати, почему–то очень оживился при этих моих словах и сказал, что и до сих пор пытается разгадать описанную им тогда тайну любви москвичей к прогнозам. После чего на титульном листе своей книги сделал дарственную надпись, начинающуюся со слов: «Дай Бог погоду!» Я бы к этой надписи еще добавил: «Дай Бог с помощью той самой Гидрометслужбы, что прописалась на Пресне!»